Теперь уже совершенно точно и чуть ли не официально: «Царевна-лягушка» - это наш «Шрэк». Хорошо это или плохо? Мы пока толком не научились внятно сказки рассказывать (и лет пять еще будем в этом практиковаться), а шутить со своим фольклором - вообще рисковое дело. Однако создатели франшизы о квакающей принцессе, видимо, вдохновились путём самурая и спустя всего год после первого фильма выпустили продолжение, в котором обшучивают далёкие от первоисточника сюжеты.

От сюжетной структуры оригинальной сказки «Царевна-лягушка 2» ушла еще дальше предшественницы. Прямо на свадебной церемонии невеста Василиса (Валентина Ляпина), окончательно принявшая человеческий облик, исчезает и оказывается в покоях владычицы Тьмутаракани Морены (Дарья Блохина). Вызволять её отправляется жених Иван (Александр Метёлкин) с сестрой Варей (Алиса Руденко) в сопровождении гурьбы друзей. К финалу фильма ком освободителей Василисы становится настолько огромным, что уже становится совершенно не понятно, как туда затесался еще и Кощей (Никита Кологривый). Битва двух колец - белого и чёрного - занимает половину фильма.

То, что новая «Царевна-лягушка» будет далека даже от своего названия, можно определить из первых минут сиквела, где под балалаечный кавер «The House of The Rising Sun» Мирослав (Роман Курцын) выбирает себе невесту на смотринах (среди прочих на роль будущей жены претендуют Спящая красавица и Царевна-Несмеяна). По прихоти обиженной на всех Морены царевич становится Лягушем, о чём нам сообщили ещё в конце первой части, и он же будет главным героем продолжения. В его современной мужской версии Мирослава сопровождает Снежана (Жанна Маркевич), и Ягиня (то Светлана Пермякова, то Ангелина Добророднова), а в анималистичном варианте он становится другом печально известных по первой части Лебедя, Рака и Щуки.

«Печальны» были, конечно, спецэффекты. Накинув на себя массу хейта из-за дурного CGI в 2025 году, создатели второй «Царевны-лягушки» год спустя будто манифестируют: пусть кринжово, лишь бы весело. Умножающиеся трёхмерные животные (тут в зверей превращаются вообще все подряд, есть даже просто пушистый заяц, не несущий никакой коннотации, кроме пушистости) не только ква-квакают, но и кря-крякают, му-мукают, бэ-бэкают и «что ещё там козочка делает». Змеи и каменные гаргульи ничего, слава богу, не говорят, но каждое сказочное исчезновение или превращение в очередного компьютерно созданного персонажа сопровождается дружеским подмигиванием или даже вслух проговоренным «спецэффектом на “Оскар”». Мол, в титрах у нас заявлен Ян Цапник, но он будет сопровождать нас в виде скульптуры, в которую мы протащим зрителя через один вход и вытащим через другой, и делайте с это информацией что хотите. Не говоря уж о том, что потенциально главная звезда франшизы Никита Кологривый, сыгравший Кощея, в продолжении становится совсем второстепенным персонажем на фоне других, более смешных, героев.

Таких постмодернистких шуток во второй «Царевне-лягушке» предостаточно. Авторы настолько зациклены на идее, что на классическое произведение можно набросать много современного и неожиданного, что забывают о сюжете, а недостаток нарратива скрашивают стихотворной формой. Время от времени герои вдруг то начинают говорить в рифму, то, будто стесняясь, возвращаются в привычную форму и переходят на прозу.

Можно понять постановщика Александра Амирова и сценаристов Василия Ровенского и Ольгу Клемешеву в стремлении объять необъятное и привнести в русскую народную сказку элементы европейской мифологии. Средневековая готика в лице Морены и её тёмного царства заметно выделяют «Царевну-лягушку» среди многочисленных киносказок последних лет. И даже если первая часть с точки зрения критики потерпела крах, но принесла определённую прибыль своим создателям (16 строчка среди самых кассовых релизов российского проката 2025 года), то надо ковать железо, пока горячо, а как это получится и что из этого выйдет - совсем другая история.