На Okko можно посмотреть все серии наших «Очень странных дел» - сериала «Радар» о борьбе инопланетян с детьми в реалиях затухающего Советского Союза. Мы посмотрели полностью весь сериал и можем сказать, что более приближенный к нашей стране фильм, чем американский хит от Netflix, это более важное кино, чем похожий на него «Пищеблок», и, более того, мы разглядели в нём не только приключенческий экшн, но и настоящее высказывание высокого уровня.

1985 год. Вячеслав Бутусов пишет для своей группы «Наутилус Помпилиус» песню «Последнее письмо». Впоследствии она станет «Прощальным письмом», а в народе будет известна как «Гудбай, Америка». На момент создания композиции сам автор, по его словам, имел в виду идею прощания с детством, игрушками с ковбоями и индейцами, бумажными пароходами и запретными плодами. Кто бы знал, что спустя несколько лет песне об Америке, «где я не буду никогда», станет песней поколения, равноценной гимну «Перемен» Виктора Цоя (который, по легенде, тоже писал её, не думая о каких-то тектонических сдвигах в истории страны и  мира).

В сериале «Радар», который описывает с теми или иными анахроническими погрешностями 1987 год, этой песни нет, но она идеально вписывается в происходящее: советские дети сталкиваются с инопланетной цивилизацией (читай, взрослой жизнью), и понимают, что всё не так, как казалось. И эта самая «Гудбай, Америка» будет незримо присутствовать во всех поворотах этого фантастического сериала, поставленного, напомним, по мотивам (очень сильно «по мотивам», порой кажется, что авторы старались даже уйти как можно дальше от литературного первоисточника) повести «Главный полдень» Александра Мирера. 

Сюжетная структура взята из книги, вышедшей в 1969 году, через год после событий Пражской весны: Земля испытывает инопланетное вторжение. Захватчики используют тела людей и собираются с помощью мощного советского радара передать в космос сигнал для полного порабощения планеты, но им противостоит небольшая группа, состоящая преимущественно из детей и подростков. Почему? Всё просто: по каким-то причинам их тела отторгают «посредников» и не поддаются воздействию гипнотического оружия.

По словам продюсеров сериала, это был самый короткий логлайн, с которым им когда-либо приходилось встречаться: «“Очень странные дела” в СССР в восьмидесятые». При этом авторы (режиссёр Константин Смирнов, в основном известный по комедийным сериалам «Жуки», «Девушки с Макаровым» и «Универ. Новая общага», и сценарист Алексей Безенков) поместили действие во время заката Советского Союза, в затерянный лесной Радиогорск - его роль исполнил наукоград Протвино, где когда-то снимался «Тайный знак» - сериал про втянутых в тоталитарную секту подростков. 1987 год, ещё висят транспаранты, посвящённые XXVII съезду, горисполком всё ещё наряжен лозунгами «Народ и партия едины!», по-прежнему существуют подпольные рок-концерты, где поют песни сбитом «Фантоме» на вьетнамской войне, но взрослые уже закрывают глаза на модные стрижки школьниц и нежелание комсомольцев одеваться, как все. От вайба «ОСД» здесь сохранились разве что велосипеды, на которых катаются герои, в остальном же здесь не до Кейт Буш с «Металликой», здесь больше подходит «Городок» и «Прекрасное далеко» (на деле, наряду с Валентиной Толкуновой звучат и «Кино», и актуальный Mujuice) в глубоко депрессивных аранжировках в интерьерах пустых гастрономов. 

Пустые магазины тут не столько из-за тотального дефицита, а из-за отсутствия людей: зомбированные взрослые сгрудились вокруг ретранслятора, и прикрываются детьми, как живым щитом, чтобы радар не разбомбили военные. Оставшиеся свободными дети не устраивают «праздник непослушания», а проявляют чудеса героизма: придумывают звуки, с помощью которых космический паучок-посредник покидает тела взрослых. Юрий Лоза тоже подойдёт - его «Плот» заставляет инопланетян биться в припадках, как йодль убивал пришельцев в «Марсе атакует!». 

Чувствуете рифму? Мы говорим «Плот», вспоминаем «Груз 200», мы говорим «Балабанов» и вспоминаем «Гудбай, Америка!» в «Брате 2». Противостояние детей и взрослых - это война системе. «Вы взрослые тупые. Вам если по телику не сказали, то вы и не верите ничему», - говорит один из школьников. Титульный радар является не просто передатчиком, это антенна, ставшая средоточием зла, словно башни-излучатели из «Обитаемого острова». Недаром инопланетяне вселяются в первую очередь в генералов, партийных функционеров и милиционеров, а из взрослых им противостоят деклассированный элемент Капитон (Александр Ильин-мл), контуженный полуглухой Афганец (Иван Фоминов) и взбунтовавшийся мент-одиночка (Владислав Абашин). 

Критическое мышление не работает, когда люди становятся растерянными сначала из-за объявления карантина (из динамиков голосом Исаковой звучат знакомые слова про потерю обоняния и другие симптомы, и как тут не вспомнить пророческую «Эпидемию»), и город закрывается. Когда начинают говорить пушки и обеспокоенных граждан расстреливают из автоматов, как в Новочеркасске в 1962 году, оболванивание масс происходит посредством гипноза через ретрансляторы. «А, может быть, что под их гипнозом хорошо? Делай, что скажут - так удобно», - начинает сомневаться один из школьников, но сталкивается лишь с презрением. Вся надежда - на смекалку детей и отвагу небольшого количества взрослых. Нельзя забывать и про волшебную силу настоящей любви, здесь её с горкой, как в «Мире! Дружбе! Жвачке», - ещё одном сериале, выкручивающем ностальгию на всю катушку.

Можно, конечно, включить режим душнилы и тыкать пальцем: не было тогда таких кассет, смотрели не такое кино, носили не то и не так и «факи» не показывали. Но всё-таки важно не это. «Радар» нам представляется всё-таки высказыванием, попавшим в точку из-за правильности места и времени. В отличие от «Пищеблока», где взрослые превращались в адских кровососов, в «Радаре» взрослые очнутся от морока, но окажутся уже в другой стране с другими приоритетами. «Гудбай, Америка!».